Литературный портал Графоманам.НЕТ — настоящая находка для тех, кому нравятся современные стихи и проза. Если вы пишете стихи или рассказы, эта площадка — для вас. Если вы читатель-гурман, можете дальше не терзать поисковики запросами «хорошие стихи» или «современная проза». Потому что здесь опубликовано все разнообразие произведений — замечательные стихи и классная проза всех жанров. У нас проводятся литературные конкурсы на самые разные темы.

К авторам портала

Публикации на сайте о событиях на Украине и их обсуждения приобретают всё менее литературный характер.

Мы разделяем беспокойство наших авторов. В редколлегии тоже есть противоположные мнения относительно происходящего.

Но это не повод нам всем здесь рассориться и расплеваться.

С сегодняшнего дня (11 марта) на сайте вводится "военная цензура": будут удаляться все новые публикации (и анонсы старых) о происходящем конфликте и комментарии о нём.

И ещё. Если ПК не видит наш сайт - смените в настройках сети DNS на 8.8.8.8

 

Стихотворение дня

"ЕГИПЕТ"
© Скловский Сергей

 
Реклама
Содержание
Поэзия
Проза
Песни
Другое
Сейчас на сайте
Всего: 17
Авторов: 0
Гостей: 17
Поиск по порталу
Проверка слова

http://gramota.ru/

Лежал в лесу на краю поляны железный капкан. С виду – самый что ни на есть обыкновенный капкан – с пружиной, зубастыми створками и всеми прочими прелестями. Как он сюда попал – история умалчивает. Давно, очень давно это было. Может, какой-то охотник – растяпа поставил, да и забыл. А может – шутник какой пошутил так.

Медведь как-то хотел его в соседний овраг сбросить, да не смог – капкан цепью к пню старому был пристегнут.

Звери в лесу про него знали и, проходя мимо поляны, осторожно капкан этот обходили. Так что вреда от него особенного не было. Как, впрочем, и пользы.

Хотя, если быть точным, не совсем так. Что-то медленно, но неотвратимо начало происходить в окрестном лесу. День за днём, месяц за месяцем.

Сначала неожиданно задумавшийся филин промахнулся мимо мыши и угодил клювом в расщелину пня. Еле вытащил!

Потом заяц, вместо того, чтобы от лисы врассыпную улепётывать, сел на задние лапы и подбоченился гордо так – мол тварь я бессловесная или Право имею?

Лиса удивилась конечно, но пообедала с обычным удовольствием и почти забыла этот забавный случай. Однако, через пару недель, увидев на поляне толстую, на сносях крольчиху вдруг устыдилась самой себя, ушла в дальние кусты и, плача, уснула голодной.  

И так всё в лесу пошло не так, что хоть санэпидстанцию с санитарами вызывай. Эпидемия, вроде. На грани экологической катастрофы.

Отощавшие волки воют, филин даже не ухает, а тихо стонет, дохлая ворона валяется на тропе, а жуки-мураши на неё смотрят сочувственно, но не трогают. Медведь среди лета в спячку впасть пытается. Буду, мол, лучше сам себя употреблять, чем другим делать то, чего себе не желаю.

Кранты, в общем. Даже хуже – зрада, измена и полный заколот.

Лиса пыталась глодать кору с сухих осин и берёз ¬– с живых-то ей совесть не позволяла – и уже совсем было собиралась прилечь рядом с той вороной, но тут сошло на неё вроде как Озарение.  

И начала она вещать не своим голосом, и все звери, птицы и гады лесные услышали, и стало им немного легче и много ясней.

И поняли они, что не всё то Хорошо, что Хорошо, и не так всё Плохо, что не вполне Хорошо. И вообще, что Точка Зрения – Великая Вещь. Смотри под Правильным Углом и будет тебе Отпущение.

Ну, то есть это не ты Зайца должен отпустить, а Совесть тебя отпустит. А ужин останется с тобой.

Это если Высокия Материи простым лесным языком переложить.

И как-то так получилось, что долго ли коротко ли, но Лисье Учение трансформировалось в зверьих головах в самые причудливые философские и прочие формы, причем несмотря на их разность не препятствующие, а напротив, способляющие вернуть Лесную Жизнь в её почти привычное русло.

Волк вот съест кого, морду хвостом вытрет, и вся незадача – объективная, мол, у меня реальность такая, что порождает субъективный голод, разрешаемый в процессе обеда.

Медведь в пчелиное гнездо влезет и доволен – мёд – это действительность данная нам в сладких ощущениях. А вот пчёлы – в ощущениях нам не даны, потому как шкура толстая и шерсть. Значит их вместе с их возмущённым жужжанием можно считать просто глюками и в расчёт не принимать.

Пчелы философическими изысками старались не заниматься, предпочитая им простой труд на свежем воздухе и натуральную диету. Однако и в их рядах время от времени появлялись отдельные трутни, в силу особенностей своей профессии имевшие больше свободного времени, которые объясняли «Явление Медведя» народу как Кару за грехопадение Первопчелы.

При этом, одни трутни считали, что Кара – явление временное, и однажды наступит Искупление и Медведепрощение, а другие же возражали, что Мед и Медведь – сути две стороны Одного, Того, который Един в означеных лицах и, поэтому, назначен длиться вовеки.

Даже порой до драки почти доходило. Хорошо еще, Матка ихняя чуть что, феромонами спорщиков спрыснет, так они и притихнут, нанюхавшись.

Или вот Мышь. Она уже раза два или три от Филина счастливо спаслась, в критический момент впадая в Нирвану. Филин был старый, отличить медитирующую мышь от сухой коряги в темноте не мог, и, покружив над поляной, обычно улетал прочь. А Мышь, очень довольная собой, бежала дальше, уверенная, что может управлять своей Кармой.

Филин же, уж на что старый пень – пнем, а тоже, по вкусной Мыши промахнувшись, съест невкусную ящерицу и двух трех кузнечиков, сядет на старую осину и размышляет о переходе количества в качество. Грустно так, да куда ему, старому, деваться?  

И так все, кого только ни возьми:

Жуки – позитивисты рыли ходы в шариках, оставленных Лосем – Первотворцом  Навоза.

Бабочки – однодневки с жаром обсуждали проблему Шестой Секунды – действительно ли Он отдыхал в это время, создав Нектар и посыпав Пыльцой Вселенную.

Головастики (недаром их так называют!) заявили, что это они – высшая фаза лягушачьего народа, а всякие эти – перестарки, которые без хвостов и с лапками – только квакать и умеют, а толку от них – никакого, один вред.

Конечно, по прошествии назначенного времени, даже самые отпетые «головасисты» все равно теряли хвост и приобретали лапки, но об этом в сообществе головастиков говорить считалось неприличным, как о чем-то некрасивом, но пока неизбежном. Пока, как считалось.

Даже Ёж, даром что был застарелым материалистом, и тот нет нет да и схлестывался в полемике с Белкой – что же всё-таки первично – Охотники или  
Лес.

Белка, как большая патриотка, считала, что Лес. А вот Ёж – что Охотники. Он обосновывал этот парадокс тем, что все должно приносить пользу. А польза от Леса – только Охотникам.

На естественный вопрос-возражение Белки, что в таком случае непонятно, что же делали самые первичные Охотники в отсутствии Леса, Еж отвечал совсем туманно, с употреблением слов «Идея Леса» и «Охотники в Темной Пещере». В общем, нес полную ахинею.  

Но всех зверей в лесу превзошла Лиса. Эта вообще назвалась вегетерианкой.

Нет, зайцев и прочих мелких и не очень лесных обитателей она конечно ела, но не целиком и не сразу, а по частям. Лапку там, ушко, полтушки. Ведь, если посмотреть философски, полтушки – это же не живое существо.  А вкус – тоже не плох...

Поймает Лиса Зайца, разгрызёт его на Компоненты Сущности, обдумает, обнюхает всесторонне, а уже потом эту дедукцию Зайца в брюхо и индуцирует. В самых лучших традициях Школы.  

А ещё жил в этом лесу Енот. Вроде – тоже с виду зверь, как все. Лапы там, хвост, усы на морде. Но что-то в нём было не то. Не так как-то.

Это даже Лягушонок Квак заметил, уж на что совсем ещё зелёный, только-только хвост регенерировал.

Увидел он как-то Енота, как тот прямо посреди поляны Гриб ест, и безо всякого к Грибу уважения, как просто нежить какую, и, главное, вовсе даже без никакой рефлексии. Съел, морду вытер и нюхает вокруг – нет ли ещё чего пожевать.

Испугался Лягушонок, поскакал к болоту, где как раз Цапель на одной ноге стоючи и прикрывши левый глаз обдумывал Смысл Жизни. А тут как раз Лягушонок его чуть с ног, то есть с ноги, не сбил. Орёт, будто режут его:

– Там Енот Гриба Съел Безо Всякого Смысла!

Цапель на него посмотрел так, ласково, как только старые мудрецы умеют, ухватил клювом за лапку, да в рот себе и закинул.

– Вот и Смысл Жизни сам прискакал. Главное – не суетиться, и не мешать Реке Событий течь своим Путём. И не зевать, конечно, тоже.

Это Цапель подумал, прикрыв на этот раз правый глаз и ощущая, как Лягушонок у него в желудке начинает, наконец, постигать всю глубину его мудрости.

Да, Енот... Если быть точными, то был он не совсем из Этого Леса. Точнее, из этого, но когда Лес был побольше и попроще. А потом посередине проложили дорогу, путь. Шоссе можно даже сказать. Магистраль.

И так получилось, что звери, которые остались на дальней, задорожной стороне Леса, так и остались какими были издревле. Как бы это помягше?.. Непрогрессивные, что-ли. Традиционные? Да, вроде того.

Едят друг друга, детишков – волчат там, зайков, лисенят и прочих жучишек – рожают. Потом, когда срок придёт, идут на корм мухам и прочим санитарам.. В общем – Природа Мать в её натуре.

Енот наш тоже жил себе на той стороне и ни о каком Прогрессе слыхом не слыхивал. До самого того дня, когда на Магистрали что-то приключилось. То ли фура в велосипед врезалась, то ли мотоцикл переехал бетономешалку. В общем, встала Магистраль. Совсем. Бегают какие-то в форме и без, с фонарями, носилками и прочим инвентарём. А уже темнеет.

Енот то ли так, из праздного любопытства, то ли унюхал что-то съедобное, но вылез из кустов своих на дорогу. Недалеко совсем. А тут на него что-то с мигалками несётся и воет. Прямо как.. прямо как.. В общем, рванул Енот куда попало. А попало не в ту сторону.

А к утру всё на дороге починили, убрали и растащили, и стала она снова для зверья лесного неодолима – как стена. Так и оказался Енот наш на чужой половине Леса. Застрял.

Постепенно, правда, освоился. Вроде всё нормуль. Жуки, мыши, ягоды – по вкусу те же. Жить можно. Он и стал тут жить.

Да вот как-то стал замечать, что всё, вроде, нормуль, да не совсем. То жук перед тем как стать завтраком как-то искоса посмотрит, то белка, а уж ей-то что, кажется, у виска хвостом покрутит.

Увидел Енот и капкан этот, к пню привязанный. Ну капкан и капкан. Енот такие штуки у себя в лесу встречал. Не трожь – не укусит. А больше ничего и не скажешь. Это Енот про себя подумал, пробегая мимо.

А как раз вскоре после этих дней стали в нашем Лесу происходить события, ещё более странные.

Сначала Белка объявила, что она теперь – Бобриха, и будет поэтому жить в речке. С этими словами она плюхнулась с берега в воду и пыталась грызть мокрый осиновый пень. Нахлебалась, чуть не утопла, вылезла на берег и старалась приласкаться к молодому Бобру, за что получила оплеуху, приведшую её на время в сознание, потом взлетела на соседнюю сосну и кидалась оттуда шишками, крича, что её никто не понимает.

Но всё это оказалось совсем ерундой, по сравнению с тем, что произошло потом.

Ранним утром Волк, искавший, как Истинный Философ, чем бы отрицнуть мучительные спазмы пустого желудка, а если попроще, то кем бы позавтракать, так вот, на поляне, что возле речки, столкнулся он с Лисой.

Ну, Лиса, конечно, количественно немного больше чем Завтрак, однако, это противоречие разрешимо. Так подумал Волк, и уже было собрался разинуть пасть, но тут увидел, что у Лисы к голове привязаны две развесистые ветки, вроде рогов. И что хуже всего, Лиса не убегает, а напротив, опустила башку и идёт в его сторону.

Лось! Ну точно, Лось!  

Волк поджал хвост, развернулся на месте, и дёру. А Лиса ещё немного так, набычившись, постояла, а потом давай своими бутафорскими рогами стучать по соседнему пустому пню. Вроде – Победу отмечает.

Но на этом злоключения Серого не закончились. Ах, если бы знал он, куда приведёт его тернистый путь Прогресса! Точно бы на ближайщей осине повесился. Правда, верёвки у него всё равно не было..

Пролетев малинник, крапивник и ельник Волк нос к носу столкнулся с Кабаном.

Такая встреча, очевидно, не сулила ничего хорошего. Волк надолго запомнил свою давнишнюю попытку подискутировать с этим оппонентом на темы полезных качеств ветчины, закончившуюся рваной долго не заживавшей раной в боку и полным взаимным непониманием.

Однако, сегодня владелец обычно грязного пятачка повёл себя странно. И это ещё мягко сказано!

Хрюкнув что-то невнятное, но явно нежное, Порось-переросток подбежал к оторопевшему хищнику и стал ласково тереться розоватым боком о серый бок последнего.

К своему вящему ужасу, Волк понял, что Свин чисто вымыт, и даже, кажется местами подкрашен то ли охрой с соседнего оползня, то ли соком каких-то ягод. И пахло от него не то лавандой, не то ландышами, не то ещё какой-то вонючей гадостью.

Волк собрался было ретироваться тем же способом, как от давешней облосевшей Рыжей, да не тут-то было.

Свин, несмотря на как бы эмоциональный порыв, действовал крайне расчетливо, и вскоре Волк нашёл себя прижатым к большоиу валуну без малейшей восможности отступления.

То, что происходило потом, Волк хотел бы оставить за кадром, но в Лесу везде есть если не камеры, то Сороки наружного наблюдения, и все происходящее в режиме реального времени разнеслось окрест.

Прибежавшую по тревоге Волчиху ждал приём не менее пылкий, после чего вся троица проследовала в Волчье Логово, где и оставались в течение нескольких дней,
по прошествии коих смущенные хозяева вынесли в кусты несколько обглоданных костей и какие-то не совсем понятные предметы, вроде ошейников, ремешков и плёток, ранее в Лесу невиданых.

– Сссааадооо-ммааазззооо-гэбэтээээ... – эхом прокатилось по дальним окраинам болота, отчего у крольчихи на сносях случился выкидыш.

А что же наш друг, Енот?

На удивление, ничего ТАКОГО, с ним не приключилось. Напротив, удачная охота принесла ему пару жирных ящериц, жабу и гнездо сойки с почти созревшими яйцами. Он съел парочку, остальные закатил в укромное место и улёгся вздремнуть под кустом.

Чисто случайно куст этот оказался как раз на краю поляны, гда был привязан Капкан.

И приснился Еноту сон странный и немного даже тревожный.

Сначала всё было вроде как обычно. Снились жирные мыши, червяк сам полз к нему на ужин, прямо через частокол вкусных грибов...

Потом что-то изменилось. Над шляпками показалась знакомая зубастая пасть, но не звериная, а чужая.

Енот-во-сне мучительно пытался вспомнить, чья это пасть, но не мог, а пасть все росла и росла, ехидно усмехаясь, и даже, вроде приглашая заглянуть вовнутрь. Енот пытался убежать, но не мог, напротив, что-то тянуло его к железным зубьям.

Мимо него пронеслось что-то и сгинуло в зеве. Он успел только разглядеть розовый поросячий хвостик колечком.

Затем на поляну вышла Лиса, понюхала воздух и прыгнула внутрь. На спине у неё сидела Белка. В последний момент Белка пыталась соскочить, но не успела, плюхнулась на подоспевшего Лягушонка и оба они ичезли в глубине водоворота.

Всё закружилось. Волки в цветных фартучках взявшись за руки гнались за Енотом, в хоровод включались Бобры и Вороны, пестрые, словно павлины.

Енот карабкался по радуге. Радуга была настоящая, но мокрая и скользкая. Дождик смывал краски с морд, лап и перьев.

Бобры смотрели друг на друга с удивлением, а Медведь, пыхтя от напряжения, тащил к обрыву кряжистый пень с прикованным к нему Капканом. Капкан клацал зубьями, стараясь ухватить Потапыча за ляжки, и орал что-то про равные права всех Цветов.

Потом дождь и радуга разом кончились, Енот кубарем полетел вниз, больно ударился о корягу и проснулся...

...Поляна вокруг была вся в цветах. Красных, оранжевых, жёлтых, зеленых, голубых, синих и фиолетовых.

Заходящее солнце расцветило радугой капельки на соседней паутине, что сбило с толку молодую муху. Паук невозмутимо закутал её в кокон – славный получился консерв.

Подул ветерок, и Енот почуствовал приближение голодного зверя. Пора было делать ноги. Он ещё раз окинул взглядом поляну и исчез в глубине ельника.

Появившийся вскоре поджарый волк обнюхал место Енотова отдыха и побежал в сторону затоки, туда, куда кабаны обычно приходят на водопой.

В глубине оврага валялся капкан. Пролетавшая мимо ворона, как все вороны падкая на блестящее, опустилась было рядом, но, увидев бесполезные зубья, обиженно каркнула и унеслась по своим делам.

Солнце между тем окончательно исчезло за дальними вершинами, и тьма укрыла лес. Обычный лес, безо всякой философии. Вдали ухал филин. Рядом заливался соловей. Выли голодные волки. Кого-то ели. Кто-то родился. Мокрым тянуло с реки..    


1/29/09 – 9/22/–11/6/22

© Славицкий Илья (Oldboy), 23.09.2022 в 06:11
Свидетельство о публикации № 23092022061120-00456765
Читателей произведения за все время — 12, полученных рецензий — 1.

Оценки

Оценка: 5,00 (голосов: 1)

Рецензии

Артур Сіренко
Артур Сіренко, 23.09.2022 в 10:18
Оригинально. Интересные и вполне понятные метафоры. В нынешнее время остается писать эзоповым языком..... Понимаю.
Успехов!
Славицкий Илья (Oldboy)
Дякую, Артур. Берегись Капканов и вообще.

Это произведение рекомендуют