Литературный портал Графоманам.НЕТ — настоящая находка для тех, кому нравятся современные стихи и проза. Если вы пишете стихи или рассказы, эта площадка — для вас. Если вы читатель-гурман, можете дальше не терзать поисковики запросами «хорошие стихи» или «современная проза». Потому что здесь опубликовано все разнообразие произведений — замечательные стихи и классная проза всех жанров. У нас проводятся литературные конкурсы на самые разные темы.
Реклама
Содержание
Поэзия
Проза
Песни
Другое
Сейчас на сайте
Всего: 163
Авторов: 0
Гостей: 163
Поиск по порталу
Проверка слова

http://gramota.ru/

Почему  выбрал  военную  службу?  Трудно  однозначно  ответить.
Патриотизм,  конечно,  был,  но  умеренный,   без  сумасшествия.  Нужды  и
безденежья  не  испытывал.  Выбор  предоставлялся  большой.   Знаний  
хватало,  со  средним  баллом  четыре  и  семь  десятых  можно  было
поступить  куда  угодно.   Но  большого  стремления   никуда  не было.
Разве  что   интерес  к  преодолению,   воспитанный   во  время  занятий
спортом.     Легкая  атлетика – бег,  прыжки,  в  длину и высоту  летом.
Лыжные  гонки  и  коньки  зимой.   Юношеские  спортивные  разряды,  само  
название   подразумевало   временность  достижений.    Появилось  
неопределенное  стремление    чего-то  достичь.   Независимо  от  общественного
признания.   Лишь  мне  должна  была  быть  ясна  степень   достижения.
Сам  принцип  жизни  в  армии  предполагал  противоборство.   Это  все  и  
решило.
        Я  не   представился.  Орлов   Алексей  Сергеевич.    Мне  тридцать  два
года.   Старший офицер    одного  из отделений  штаба   крупной  войсковой
части.  Воинское  звание -  майор.   Речь   пойдет  не  обо  мне,  а   о  том,  кто
помог  многое  понять  в  жизни.
       Высшее  военное  командное   танковое  училище  в  Казани   стало  единым
потоком  адреналина  за  пять   лет  обучения.   Прекрасное  время.    Веры
в  себя  и  грядущий  день.    Все  казалось  возможным.  Невыполнимых
задач  не  существовало.    Организм  мог  уснуть  только  через  час  после
отбоя,  а  просыпался  за  полчаса  до  подъема.   Музыка   атаки  переполняла
душу.   Как  в  первой  серии  фильма  «Освобождение».
       После  окончания  училища  ждало  распределение.   Выяснилось,
что  офицеров-танкистов      выпущено  гораздо  больше,  чем  нужно.
Стали  предлагать  варианты.    Мне  приглянулся  закрытый  гарнизон    с
решением  всех  бытовых  проблем.    Был,  к  тому  времени,  женат,  
с  ребенком,  поэтому   условия   привлекли.
       Танков  там  не  оказалось.   Служба  была  иная.    Охранять  определенные
объекты  и  перевозить   различным  путем  определенные  грузы.  Важные.
Я  выбрал  охрану.   Получил  под  командование  взвод  и  начал  служить.
         Вот  и  встретился  через  неделю   с  Олегом  Петровичем   Волковым,
человеком,  во  многом  изменившим  мое  представление  о  жизни.
        В  тот   день  я  контролировал  вечерние  мероприятия  в  роте,  а  он,
как  дежурный  по  части,  прибыл  для  проверки.   Майор.  Тридцать  четыре
года.   Старший  помощник  начальника  отделения  воспитательной  работы.
       Я  четко  доложил,  но  по  проникающему  взгляду,   в  котором  
чувствовались  мудрость,  доброта,  сострадание и снисходительность,  понял,  
что  и  без  этого  ему  все  известно.    К  тому  же  поведение  его  было  столь
естественно,     чуждо  напускного  солдафонства,  которое  меня,  наоборот,
распирало,    движения  свободны,   что  захотелось  отбросить  личину  
бравости  и  быть  самим  собой.  
       Выслушал  доклад,  поздоровался.   Спросил,  какое  училище  окончил.
       -   Танкист,  -  радостно  улыбнулся, -   я  солдатом    в  танковых  служил.
А  скажите,  товарищ  лейтенант,   чем  отличаются  танки  Т-54  и  Т-55?
      От  удивления  я  открыл  рот.   Предмет  «История  танкостроения»,
конечно,  был,   но   серьезно  к нему  никто  не  относился.  Какая  разница,
что  было  когда-то.    Т-90, Т-80,   на  худой  конец,  Т-72   я  знал.   Но  об
этих  динозаврах,  если  и  слышал  краем  уха,  то  давно  забыл.
        -   Как  же  так?  -  в  недоумении  развел   руки   Олег  Петрович,  -
Бывший  солдат   советской  армии   знает  то,  что  не  знает  офицер
российской  армии?
        -    Извините,  -  мне  было  жутко  стыдно.  -   Плохо  учил  историю
танкостроения.   Просто,  вызубрил   перед  экзаменом  основные  моменты.
       -  Небось,  «отлично»  получили,  -   всезнающе  предположил   Волков.
       -   Так  точно,  -   никогда  не  думал,  что  говорить   об этом  будет
столь  горько. -  Красный  диплом  у  меня, -  сдался  окончательно, -   но
я  обязательно  узнаю,  -  оставалось  лишь  обещать.
       -   Когда  Вам будет  узнавать? -   вздохнул  майор.  -   Служите,  не  
отвлекайтесь.   -   а   потом  доверительно  произнес,  -   На  стволе  танка
Т-55  впервые  был  установлен  ресивер.
       -   Средство  отвода  пороховых  газов,  -   проявил  я  запоздалую  
эрудицию.
        -   Именно,  -  кивнул  Олег  Петрович, -  После  этого  бывшие  танкисты
стали  гораздо  реже  умирать  от  рака  легких.   Это   важно?
        -  Очень,  -   пришлось  согласиться  с  неопровержимыми  доводами.
        -   Нет  мелочей  в  военной  науке,  -   он  пожал  мне  руку  и  вышел  из
казармы.
        Последние  его  слова  так  запали,  что  я  не  заметил,  как  стал  по  ним
жить.  Незаметно,  пришло  ощущение   дома  на  службе.    Появилась  
естественность,  отпустило  напряжение.  И  дела  пошли  в  гору.  
       Когда  мой  взвод   в  первой  полугодовой  проверке   стал  лучшим
в  батальоне,  это  посчитали  стечением  обстоятельств.   Но   через  полгода
это  повторилось  и  принесло  повышение  по  службе.   Меня  назначили
помощником  начальника  штаба  батальона.   Отвечать  за  повседневную  
службу  и  суточные  дежурства.  
     В  одном  из  них    я,  уже  старший  лейтенант,  оказался  помощником
дежурного  по  части  -  майора   Волкова.
    При  обходе  мест несения  службы,  мне  пожаловался  прапорщик,  
дежурный  по  солдатской  столовой.    У  него  в  наряде,   на  мытье  посуды,
молодой  солдат   разбил  несколько  тарелок  и  не  собирается  останавливаться
на  достигнутом.  
   -  Мое  денежное  содержание  не  столь  велико,  -   горевал  он,  выворачивая
пустые  карманы. -  А  платить  мне  придется.  
     Я  пообещал  разобраться  и  доложил  Олегу  Петровичу,   сообщив,  что  
замену,   по  данным  основаниям,  сделать  очень  сложно.
   -   Интересно,  -  оживился  тот,  и  оставив  меня  в  помещении  дежурного,
сам  отправился  в  столовую.  
    Больше  дежурный  по  столовой  не  жаловался.    Позже,  он  рассказал
следующее.   Олег  Петрович  прибыл  в  столовую  и  распорядился  позвать
к  себе   неумелого  солдата.   Внимательно   посмотрел  на  него  и
неожиданно  произнес: «Бейте  посуду,  не  стесняйтесь.  Прапорщик  все  равно,
заплатит».  Сказал  с  такой   душевной  теплотой,  что  у  солдата  едва  слезы
не  брызнули  из  глаз.    Ни  одной  тарелки  он  больше  не  разбил.
        Тогда  я  понял,  что  стоит  за  Волковым  некое  знание,  основание
на понимании   мотивов,  чувств,  побуждающих  человека  к  действию.
И  влияние  его  на  окружающих  большое.  Превышающее  его  должностные
обязанности.
        Так  случилось,  что  мою  дотошность  в  организации  службы  в
батальоне  оценили,  и  назначили   офицером  одного  из  отделений   штаба
войсковой  части.   Наше  отделение   занималось  вопросами  организации  
действий,  если  реально  придется  воевать.   Отрабатывали  документы,
планировали  учения.     Полугодовые  проверки  начинались  именно  с  таких  
учений.
       Мы  писали  тактическую  обстановку  перед  началом  действий.  Она
была  стандартной.   Усиление  политической   напряженности  в  мире.
Предъявление   территориальных  требований  к  нашей  стране.   Отказ
в  удовлетворении.   Начало  боевых  действий.  По  накатанной.
       Но  в  этот  раз   командир  части    вернул  привычную  обстановку
начальнику  штаба  на  доработку.  Сухо,  говорит,   неинтересно.
Мне  была  поручена  переработка,   но  как  это  сделать -  не  ясно.
Все  слова  правильные.  Написано  логично.   Сухим  военным  языком.
Надо  к  кому-то  обратиться.   И  я  вспомнил  об   Олеге  Петровиче.
Он  приходу  обрадовался.   Поздравил   с  присвоением   звания  «капитан»   и
с  интересом  выслушал  мою  проблему.    Спросил,  сколько  у  него времени,
и  пообещал   представить  нечто  новое  на  следующий  день.
      Минута  в  минуту,  у  меня  была  новая  обстановка.   Даже  не  успев
прочесть,  отдал  начальнику  отделения,   тот   тоже  не  читая  -  начальнику
штаба.   Времени  до  учений  оставалось  совсем  мало,  и  начальник  штаба
представил  командиру  части   непроверенный  документ,  понадеявшись
на  добросовестность  подчиненных.
      Тот  углубился  в  чтение.   Прочел  раз,  другой,  третий,  вытер  платком
пот  со  лба.   Затем  аккуратно  отодвинул  документ  от  себя.
     -   Страшно,  -   произнес,  наконец,   после  долгого  молчания.  -   Вот
так   раз – и  война.  Неумолимо.  Логично.  Беспощадно.   Вся  наша  жизнь, -
к  черту.   Спасибо.   Отличная  работа.   Я  поверил,  что  реально   начинается
война.
       Учения   прошли    с  организацией,  намного  превзошедшей  прошлые  
годы.     Командир   поощрил    начальника  штаба  и  все  наше  отделение.
В  особенности,  меня,  автора.   С  перспективой  назначения  старшим  
офицером  отделения.
       Чувство  начала  войны  передалось   каждому,  вплоть  до  последнего  
солдата.  
        Я  горячо  благодарил   Волкова,  а  он  снисходительно  похлопал  пеня  
по   плечу  и  сказал,  что  рад  моему  успеху.    А  чувство  приближенной  
реальности,  повлиявшей  на  настрой   людей -  есть  высшая  награда  его
труду.
       Через  три  года   мне  было  присвоено  звание  «майор».   Теперь  мы
были  на  равных  с  Олегом  Петровичем.     Впрочем,  глубоко  внутри,
я  чувствовал   себя    перед  ним,  как  тот  лейтенант-выпускник,  с  красным
дипломом,  упустивший  во  время  учебы  что-то  неминуемо  важное,  но
поправленный   в  начале  пути   опытной  рукой.
       Олегу  Петровичу  оставалось  служить  полгода,   когда  внезапно
были  объявлены  антитеррористические  учения.   Базирующийся  в
соседнем  городе,   полк  внутренних  войск    стал  нашим  условным
противником.  
       По  тактической  обстановке,  банда  террористов,  в   количестве  
двадцати  человек,  захватила  школу   с  заложниками.   Учителями  и  детьми.
Требовалось    их освободить.    Отряд  по  борьбе  с  терроризмом  в  части был,
план  действий  тоже.   Но  «враг»  внимательно  контролировал  все  подходы
к  школе.   Было  необходимо  вступить  в  переговоры,  чтобы  отвлечь  
внимание.    В  переговорщике   сомнений  не  было.  Олег  Петрович.
     -  Кто  вы   такие?   Зачем  пришли?    В  чем   провинились  перед  вами
дети  и  учителя?    Возможно,  у  вас  есть  основания  быть  жестокими,
но  просим    не  причинять  захваченным  людям  зла.   Все  ваши   требования
будут  приняты  и  рассмотрены,  только  не  трогайте  тех,  кто  полностью
зависит  от  вас…  -    и  далее,  в   том  же  ключе,  мерно  и  спокойно   лилась
речь  из  мегафона  в  уши  «террористов».   Обещания  и  просьбы  к  
милосердию.    Обещания  и  просьбы…
       Вдруг    речь  разорвали  автоматные  очереди  внутри  школы.  «Враг»
имел  сконфуженный  вид.  Заслушались.   Упустили  контроль  над  обстановкой.
Отряд  по  борьбе  с  терроризмом    пробрался  в  школу  и   «положил»
«мерзавцев».  Ни  один  даже  поднять  руки  не  успел.
       Вскоре,  Олег  Петрович   был  уволен   по  достижении  предельного
возраста.   Я  зашел  проститься.
      -   Не  знаю,  что  сказать,  -   с  трудом  произносил  слова  через  сухость
во  рту, -   Вся   моя  служба  прошла  на  Ваших  глазах.  Я  рос,  а  Вы  
оставались  при  своем.    Неужели,  не  было  обидно?
       -    Спасибо,  -  было  видно,  что  он  тронут,  -    Я   тоже  когда-то  рос.
Но  наступает  предел,   когда  увеличивается  только  знание  и  опыт.
Такие  люди    считаются   профессионалами.  Профами.   Мастерами.
Это  осознается не  сразу.   Но  когда  приходит  понимание,  все  остальное
кажется  мелким  и  незначимым.   Но  ресивер  в  танке  Т-55   -   относится
к  главному,  составляющему  нашу  жизнь.   Умейте  видеть  главное  и
станете   профом.   Нас  не  так  много,  но   чтобы  держать   боеспособность
армии – хватает,  -    Он  обнял  меня,  как   старший  брат,  но  вдруг  
отстранился   и    внимательно  изучил   привычным  проникающим  взглядом.
       -   Вам  тридцать  два,  почему  седые  волосы,  -  внезапно  прозвучал
вопрос.
      -   Не  знаю,  -  пришлось   удивиться,  -  работаю  много.
      -    У  Вас  двое  детей.  Есть  желание  увидеть  внуков? -   продолжился  
неумолимый  допрос.
     -    Есть,  конечно,  -   но  уверенности  в  моем  голосе   не  было.
     -    Дело  не  у  работе,   у  Вас  биологические  часы  бегут.   Кофе  пьете?
     -    Приходится, -   почему  я  оправдываюсь?
     -   Не  пейте.   Только  чай.   Алкоголь  минимум.   Острое – минимум.
Сахар -  минимум.   Если  хотите  жить   подольше.  Договорились?
    -   Договорились.  Спасибо,  -   мне  было,  за  что  его  благодарить.
     Проф.  

    Постскриптум.
    Сделал  все,  как  было  сказано.   Седых  волос  больше  не  прибавляется.  
      

Свидетельство о публикации № 19082021020518-00443703
Читателей произведения за все время — 4, полученных рецензий — 0.

Оценки

Голосов еще нет

Рецензии


Это произведение рекомендуют