Литературный портал Графоманам.НЕТ — настоящая находка для тех, кому нравятся современные стихи и проза. Если вы пишете стихи или рассказы, эта площадка — для вас. Если вы читатель-гурман, можете дальше не терзать поисковики запросами «хорошие стихи» или «современная проза». Потому что здесь опубликовано все разнообразие произведений — замечательные стихи и классная проза всех жанров. У нас проводятся литературные конкурсы на самые разные темы.
Реклама
Содержание
Поэзия
Проза
Песни
Другое
Сейчас на сайте
Всего: 38
Авторов: 1 (посмотреть всех)
Гостей: 37
Поиск по порталу
Проверка слова

http://gramota.ru/

Для печати Добавить в избранное

Отборочный тур на 7 Грушинский конкурс. Поэзия (Литературные конкурсы)

          Объявлены правила 7-го международного Грушинского интернет-конкурса http://ik.grushinka.ru/. Самостоятельно работы подаются  с 1 декабря 2016 по 15 марта 2017, затем по 16 апреля идёт полуфинал, затем - финал.
          Нашему сайту предложено провести отборочный тур у себя и подать работы двух победителей сразу в финал.

          Правила отборочного тура:
          Каждый участник подаёт по 6 стихотворений (из них будут учтены и переданы в финал только 3 лучших). Тематика и форма - любые, объём каждого - не более 40 строк.
          Победитель определяется по максимуму суммы полученных от жюри очков по трём лучшим поданным работам. В случае равного счёта победит тот из претендентов, у кого выше оценки читателей.

          Сроки проведения:
          Прием заявок с 31.12.2016 по 28.02.2017
          Работа жюри с 1.03.2017 по 31.03.2017.
          Объявление результатов и отсылка двух заявок в оргкомитет - 01..03.04.2017.

          Успехов!

____________________________________________

          Поскольку от каждого автора принимается по несколько произведений, имеющийся механизм конкурсов не срабатывает. Придётся действовать по старинке. :(
          В комментариях ниже прошу размещать тексты стихотворений и ссылки на них на Ваших страничках на Grafomanov.net.
          В первом комментарии размещаются оценки читателей (1..9). Оценки жюри будут выставлены позднее отдельно.

____________________________________________

© Главный Редактор, 31.12.2016 в 18:45
Свидетельство о публикации № 31122016184543-00405307
Читателей произведения за все время — 367, полученных рецензий — 8.

Оценки

Голосов еще нет

Рецензии

Андрей Злой
Андрей Злой, 31.12.2016 в 18:54
(ЗДЕСЬ РАЗМЕЩАЮТСЯ ОЦЕНКИ РАБОТ ЧИТАТЕЛЯМИ)
Юлия Миланес
Юлия Миланес, 01.01.2017 в 10:20
Мелóвые кошки

Ночью мелóвые кошки
Ходят по черни асфальта,
Не отражаются в лужах
И нарисованной ложкой
В чашке мешают какао,
Пробуя мел языками.

Ночью мелóвые кошки
Драться не будут за рыбу.
Это манерные дамы!
Кошки примерят сережки,
Броши, колье и браслеты –
Все из чудесного мела.

Днем они тихо прилягут
Пятнами детских рисунков:
Снова шуршащие шины,
Снова ботинки прохожих,
Снова весенние капли.

А ночью опять за свое!
Меловые кошки

Лунный мячик

За оврагом лунный мячик
прыгнул в небо и повис.
Звезды в сумраке маячат,
не оглядываясь вниз.  

Тают сахарные слёзки.
Лунный мячик прыг - в полынь,
а потом в озёрном плёсе
окунулся и поплыл.

Лунный мячик

Голуби

Распустившие  плечи  крыльями,
полетевшие,  да  над  крышами,
да  под  арками.

Да  подарками
в  руки  севшие,
не  элитные  и  не  певчие.
Пилигримы, комками  тёплыми,
насидевшиеся  под  стёклами,
неказистые,  непослушные
петербургские  сизые  души  мы.

Голуби

Сад камней

Японский сад камней бесшумен:
ни всплеск воды, ни скрип ветвей
не помешают тихой думе.
Казалось немота камней -
величие природы мёртвой.
Но сад живет в твоём уме:
один валун, дождём истертый,
всегда скрывается вовне.
И близкий человек однажды
откроется, как сад камней -
ума неутоленной жаждой,
и тайной укоризной в ней.

Сад камней

Фиалки

Цветов небесный ситец на окне,
как вечное стремление к уюту:
взорвались в освещенной глубине
фиалок доморощенных салюты.

Хозяйки улыбаются - смотри
в малюсенькие пятнышки фиалок.
На Лиговке мерцают изнутри
окна фонтанчики соцветий алых.

Улыбка старой женщины проста,
скромна, скупа, нежна и белоснежна:
На Боровой - старинные сорта.
А у меня в окне - оттенки бежа,

и ситцевым проклюнулись уже
бутоны в ожидании прохожих.
Как жаль, что я на третьем этаже
и нам не улыбнуться людям тоже.

Фиалки

Небо замазутило…

Небо замазутило,
Звезд стена.
Черной ночи кудело
Тки без сна.
Стелькою волшебного
Башмака
Поверни: до небного
Три шажка.
Мне бы сокольничего
В ночь позвать -
Полны когти птичии
Звезд собрать.
Нанизать на ниточки
И нести
Жаркие иголочки
Звезд в горсти.

Небо замазутило...

Посвящение

Я  такая  маленькая,
когда  тебя  нет.
Ты  мне  показывал
то  звёзды,
то  шляпу  в  слоне.
То  слона  в  шляпе,
то  облако  небу  наперевес.
А  теперь  я  иду  одна
в  переломанный  темный  лес.

Посвящение

Паинька Задунайская
Вот всегда меня эти ограничения смущают. 40 строк - а если оформлено, как у Маяковского? или - в формате "А4"?
Андрей Злой
Андрей Злой, 02.01.2017 в 05:41
Ну, с этими как раз просто - строки посчитаем по рифмам. Сложнее со "стихотворениями в прозе", например. Впрочем, у них шансов победить довольно мало, подавать не советую.
Кульков Михаил
Кульков Михаил, 03.01.2017 в 19:34
Фламенко - дуэт дуэнде

                «Правит терпкий дуэнде, необузданный и одинокий».
                «Дуэнде сметает уютную, затверженную геометрию, ломает стиль;
                  это он заставил Гойю, мастера серебристых, серых и розовых переливов
                  английской школы, коленями и кулаками втирать в холсты черный вар…”
                 «В арабской музыке, будь то песня, танец или плач, дуэнде встречают неистовым
                 "Алла! Алла!" ("Бог! Бог!"), что созвучно "Оле!" наших коррид и, может быть,
                  одно и  то же»
                                                                 Федерико Гарсиа Лорка

Движенье пальцев, изгиб руки и искре страсти из струн гитары
Идти сквозь сердце под каблуки, дробь разгоняя… аллегро в престо!
Веди испанка! Твой силуэт, то топит тени, а то взметает
От точки, кинутой на “мольберт” искусным мастером – мим-маэстро…
Отточен чёткий частящий ритм, очерчен в небе кистями шали;
То оттолкнётся… Вскрик:
                                      - Розмари!
То отуманит…
                        - …(Вдох):
                                        розмарин…
                                                         Кисть гитариста: аккорд печали!


Хлопки ладоней: отметить такт, и ткать в терпении нитью танца
Искрящих, хищных хвалы «Алла!»… Бог вдохновляет! Тебе без “башни”
Творю дуэнде! Ритм выбивать… Быстрей! Быстрее костяшки пальцев…
Отдёрну руку, прерву слова, заткну за пояс…
                                                                   края рубашки.
От дёрна в небо, как кипарис! Из неба в землю клинком испанца!
До одержимости…
                            -  Воспарил!
До одурманить…
                          - …(Вдох):
                                         «Мон-Пари»…
                                                              Кисть гитариста: узор компаса…


*Компас исп. Compás — испанское слово для обозначения понятий метра и такта из теории музыки. Также оно относится к ритмическому циклу или, иначе говоря, ритмической схеме того или иного стиля.

http://m5zgcztpnvqw4ylnfzxgk5a.cmle.ru/works/396462

Старик и рыба

Мощнейший шторм на Балтике бушует, кровавыми слезами сентября
Янтарь выносит - тысячи чешуек таинственной неуловимой рыбы,
Что прячется в бездонности пучины и обрывает часто якоря
В заваренном ветрами капучино. Такие агрессивные порывы
Навеивают ей осенний сумрак и холод, поражающий моря.
Я слышу трётся… трётся днище судна… о спину рыбы – рыбы Янтаря.


Десятки лет потрачены впустую в попытке раздобыть морской трофей.
Берёт измором, думает спасую и брошу наконец… Не перетрётся,
Звенит струной натянутая леска. Ты не сорвёшься, выкормыш морей!
Но вновь фортуна отвернулась резко: затишье шторма, на закате солнце
Янтарным глазом заглянуло в воду… Пусть грянет буря – буря поскорей!
Я вырезаю в ясную погоду портрет Хемингуэя в янтаре...

http://m5zgcztpnvqw4ylnfzxgk5a.cmle.ru/works/377900

Опадает закат

Опадает закат, как листва, в синеву.
Скоро кончится день, как закончится осень.
Ты дождёшься весны и утра как-нибудь…
«Как-нибудь – это как?», - кто-нибудь переспросит.

Ты впрямую не скажешь, а с чем-то сравнишь:
С перекатом воды, с нотой памятной песни…
Опадает закат… только лишь… только лишь…
Только лишь тишина чашу слов перевесит.

И тенями друзей тень ночная придёт,
Понесутся года кукованьем кукушки.
Это будет вчера, как вчерашним был лёд –
Лёд, который сковал прошлой ночью опушку.

Повториться дано, в ту же воду войдём
Отпечатками этих цветных фотографий…
Ностальгия пройдёт проходящим дождём –
Проходящим дождём в неизбежное завтра...

http://m5zgcztpnvqw4ylnfzxgk5a.cmle.ru/works/363855

Поминальное утро

                      «Год прошел. Ему нет больше дела
                        До того, что в душах он наделал.
                        Воскресим в прощальный с прошлым вечер,
                        Чем был год для нас с тобой отмечен…»
                               Светлая лошадка из «Визитки» на Хит

Мне придётся опять повторять то, что сказано тысячи раз,
Но, конечно, не вслух – про себя: безнадёжно, в надрыв, неумолчно…
Так сгорает листва сентября, разнося разноцветные клочья!
Мелкой мошкой в огне янтаря застывает беспомощность фраз.

Ветер выбьет скупую слезу из осевших под тяжестью туч –
В этот грозный небесный мазут в…вязнут звуки любви и блаженства.
Я хотел бы сказать…
                              Не свезу воз судьбы против божьего жезла!
Эхо слов…
                 Эго лов…
                               Образумь, не пусти за ночную черту.

За… не чокаясь, тост говорить. Пусть же примут тебя там, где ждут
Зачарованных душ рыбари из апостольской райской артели.
-  Воспари!
                   - Воспари!!
                                    -  Воспари!!!
                                                       Говорим о душе, не о теле…
Чёрных туч хлеб на стопке зари, как прощание с лучшим в году…

http://m5zgcztpnvqw4ylnfzxgk5a.cmle.ru/works/398607

Фея времени

                                                                    «…сбросили лебеди перья и превратились…
                                                                     Тут сами собой зазвонили в городе все колокола…»
                                                                                          Г. Х. Андерсен «Дикие лебеди»

Сходят к грешникам небеса, чтобы царствие было ближе;
Словно розовый палисандр, расцветает огнями степь;
Странный город из миража выплывает, как тайный Китеж!
Стынут руки, слегка дрожат, но сжимают стальную цепь.

Ты стремительно рвёшься прочь мотыльком на оконный морок…
Так от утра сбегает ночь! Так сгорает на полдне тень!
Тянет пленницу мир иной, только я умудрённый ворлок –
Твердь разверзнется подо мной… Мне бы душу спасти, Отец!

«Темпоральность» и «небоскрёб», «электричество»… чёрта в ступе!
«Темперамент», что там ещё… “пела” рresto…  ещё быстрей…
Тем не менее, я поймал удивительный темп летучей
Темы радости от ума феи сказочных лебедей!

Верит сердце чудным словам, но мой разум вместить не в силах.
Вечность времени – Валаам! Это скаредный прохиндей…
Век овечий судьбы-Далилы – девка волосы мне остригла!
Вековечный тик-так долины смертной тени… лишь для людей.

http://m5zgcztpnvqw4ylnfzxgk5a.cmle.ru/works/391916

Ветеран

Как вам живётся Фридрих Иероним?
После российской службы какие мысли?
Горькою правдой сказки легко раним
Перед стаканом пунша у полной миски.

Дым из пенковой трубки прошёл в мундштук;
Кашель понятен: лучший табак – ядрёный.
Ядра летают – сверхскоростной маршрут
Первого класса для одного барона.

Нечего зубоскалить! На турок – зуб:
Палец потерян – это привет Очаков;
Пальцы не смотрят, если в бою везут
Кони, разрезанные войной случайно.

«Для исправленья крайних насущных нужд», -
Пишет в Россию письма в надежде, слёзно…
Но, как известно, тех, кто прошёл войну,

Помним мы свято, но…
                                         вспоминаем поздно.

http://m5zgcztpnvqw4ylnfzxgk5a.cmle.ru/works/395431

Ирина Ашомко
Ирина Ашомко, 05.01.2017 в 11:40
с днём рожденья, папочка!
.
http://grafomanam.net/works/369963
.
ты глядишь спокойно сквозь боль-окно
  из пространства «прошлое», сказки детства.
за окном – рассвет.
расстаюсь со сном
октябриный сумрак в метель оделся.
тихо кружит времени порошок
меж землёй и небом снежиным утром.
– папа, правда, будет всё хорошо?...
____________
…смотрит вечность взглядом отцовским мудро…
первый лучик солнца в его глазах
зажигает жизни ушедшей прану…
по щеке тихонько течёт слеза,
а слова в молитву никак не встанут…
тихо глажу карточки полотно,
прикасаясь нежностью к воскресенью.
и шепчу тихонечко лишь одно:
– с днём рожденья, папочка! с днём рожденья…
...
А мама глядит, улыбаясь, и лечит молчаньем
.
http://grafomanam.net/works/405407
.
                               Грустнеешь, конечно, ныряя в такие глубины,
                                   Куда и Господь не гонял матерей голубиных (с)
                                                          Татьяна_Коновалова

Себя перебрав, как молящийся – пальцами – чётки,
К рассвету ныряю я в сон. Он тревожно-нечёткий.
Меня колыбелит – баюкает памяти гамма.
Мгновенье – и снова я девочка. Рядышком – мама:
Живая весёлая. С нею легко и спокойно,
И всё разрешимо. И вдруг понимаю: «Не больно.
Не страшно. Я справлюсь. Всё сладится». Тают печали.
А мама глядит, улыбаясь, и лечит молчаньем.
И, вынырнув дню суетливому в тёплые руки,
Я чувствую, верю, что временны боль и разлуки.
Со мною любовь. Ей подвластны любые преграды.
Уютно желтеет за окнами дар листопада.
...
Открываться любви и не помнить зла
.
http://grafomanam.net/works/393527
.
А в глазах твоих – сакуры нежный цвет,
А в моих – бесконечной аллеи даль.
Вечность знает все тайны ушедших лет.
И горчинкой на сердце – любви миндаль.
А вокруг – лепестков облетевших боль.
В их дыхании сонном – смертельный ритм.
В кронах сакуры древней – шумит прибой.
Ветер листьям о времени говорит.
Ворожит потихоньку поток минут
И баюкает жизни, струясь тепло.
Миллионы соцветий легко уснут.
Нам увидеть их сказочность повезло.
Забрели мы случайно в вишнёвый сад,
Оказавшись у времени на краю.
Здесь волшебные слышатся голоса
Райских птиц, что, скрываясь в листве, поют
Сладко-дрёмную песню про жизнь и смерть.
От которой густеет в коре смола.
Мы познали урок: «В каждом миге – сметь
открываться любви и не помнить зла».
.
Помолюсь о тебе, горький город. Пойми… и прости!
.
http://grafomanam.net/works/375222
.
Здравствуй, город мой, будь же ты проклят,
храни тебя Бог!
Антон Стрижак

Здравствуй, город мой, проклятый «слугами», Богом храним!
Чертовщиною образов Босха изранен твой нимб.
И ночлежки Бугровской не стало – ушла с молотка.
А бездомных и нищих – всё больше. Такая тоска!

Миллионы твои утекают давно за бугор.
Солнце зимнее ласково гладит ледовый ковёр,
что расстелен морозом февральским по Волге – Оке.
Бродит память по улочкам грязным (в беды колпаке).

Горький город! Всё глубже твоё театральное дно.
Всё страшнее и круче обрыв между явью и сном.
Возвращаться в реал мне мучительней день ото дня.
Век минувший повсюду сквозит, кандалами звеня.

Привидением – Фамусов. Чацкие – в жёлтых домах.
Здесь судьбу человека упорно сшивают в тома.
С плеч долой, подписав, направляют в судебный архив.
Скалозубов – всё больше… Заволжские дали тихи.

Центр Поволжья, России карман… Это в прошлом твоём.
– Судьи кто? – шепчет странником ветер. Молчит окоём.
Нищета окружает дворцы, что вросли в берега.
Белой рясой ложатся на землю родную снега.

Прогуляюсь под вечер, пытаясь тревогу унять.
Может, вера вернётся в сердечную келью опять?
А надежда: и жить не живёт, и не сдохнет никак…
На распутье дорог я рассыплю бессоннице мак.

Помолюсь о тебе, горький город. И Волжский откос
покачает печально нагими ветвями берёз.
Крест, что выдан мне этой землёй, я смогу донести…
– Ты откликнись мне…

Благовест. Утро…
– Пойми… и прости!
.
Когда человек человеку – Брут, иконой кровит земля
.
http://grafomanam.net/works/374140
.
За мной пришли. Спасибо за вниманье. Сейчас, должно быть, будут убивать! ( Роберт Льюис Стивенсон)
Мороз под шагами хрустит, как соль. (Асадов)
Ланцелот. Всех учили. Но зачем ты оказался первым учеником, скотина такая? (Евгений Шварц. Дракон (пьеса))

Мороз под шагами хрустит, как соль.
Вспорол небеса рассвет.
И огненной лавой струится боль,
ведь истины больше нет.
Распята на тысячи мелких правд
на дне океана лжи.
У смутных времён подловатый нрав.
Не люди, а миражи.

Игру кривосудия – без пощад –
продажный йадус ведёт.
И снова спешит в Гефсиманский сад
Иуда Искариот.
Бумага – покорнейшая из слуг –
издревле и до сих пор.
Растаял надежды последней круг.
И вынесен приговор.

Имбирной полынью горчат слова,
ломая судьбы хребет.
Безвинная катится голова
на плаху безумных лет.
Пришли беспощадные времена.
Последнее снимет власть.
Стоит на коленях давно страна,
а вера в полон сдалась.

Театр сумасшествия и мошны.
Абсурда кромешный ад.
Всё явственней запах и вкус войны.
И время течёт назад.
Туда, где Освенцима печи жгут…
И в пепле людском поля…

Когда человек человеку – Брут,
иконой кровит земля.
...
Я - сумасшедшая Алиса
.
http://grafomanam.net/works/327262
.
Ты слышишь музыку? Я тоже её не слышу. Нет её.
© Александр ФРИДМАН
____
Весна идёт. Светлеют рожи. Простите, я не вижу лиц.
Вам музыка слышна? Мне тоже её не слышно. Жизнь как блиц,
где на обдумыванье хода мне шансов не даёт слуга...
закона. Он "слуга народа"... лишь на бумаге. И врага -
в позиции раба - валяет сей подчинённый из "господ".
Одних - на нары отправляет. Других - в психушку. И народ
бурлит, как брага. Едкий запах. До граждан нам как до Луны.
Погост для многих ближе. Папок - конторских  - дух страшней войны.

Вам музыка слышна? Мне тоже её не слышно пару лет.
Весна идёт. Мороз по коже. Страх колет сердце как стилет.
И вроде всё как раньше: небо и взрывы почек на ветвях...
И опьянеть от счастья мне бы: свободно песни трелит птах...
Ему - крылатому - неведом мир подлости звериных стай.
Здесь балом правят гномы, ведьмы и зазеркалья календарь.
Я - сумасшедшею Алисой - вхожу к слуге в дворец-нору.
Он от избытка власти злится и ждёт, когда же я умру.

Но чудакам закон не писан. А я - одна из чудаков.
Я - сумасшедшая Алиса. Я верю в силу добрых слов,
в любовь, семью и человечность... Всё это нынче не в чести.
Выводят Каи слово "вечность" в АПОЖе... Господи, прости...
Иду с открытыми глазами. Зачем мне это - не пойму.
А номер "ПРАВДА" - вечно занят. Иль посажён на трон-тюрьму...
Вам музыка слышна? Мне тоже её не слышно. Только бред.
Молюсь: "Откликнись, милый Боже! Дай сердцу помощь и ответ...

Позволь тот крест, что Ты мне выдал, достойно к цели донести...
Голгофа-жизнь не съест, не выдаст свинья от ближнего... Прости!"
Полётом над гнездом змеиным проходят дни который год...
И откровения - лавиной - сметают сон. Ночь - чёрный кот -
мигает звездоглазьем бездны, мурлычет ветром за окном.
Однажды, верю, я воскресну. И зазеркальности дурдом
уйдёт в историю седую. И, наконец, придёт весна...
Любовь, я по тебе тоскую! Лишь ты для жизни мне нужна!

Victor G.
Victor G., 09.01.2017 в 11:50
        *   *   *
Черное утро и белая тьма
С тусклой Луною в стеклянном сосуде…
Я и забыл, что такое зима.
С хрустом ломаются кости сосулек.
Ветер морозный – пощечина… И
Перемешались дыхания наши.
И невозможно сказать о любви
Даже влюбленным и даже обнявшись.
Падает с крыши кусками вода.
Все иллюзорно и все это «как бы»…
Что удивляться?
Опять – как всегда:
Женщину ждешь, а приходит декабрь.

http://grafomanam.net/works/405238

***
Горит костер луны холодной
И сыплет искры острых звезд,
Дым облаков в степи бесплодной
Клубится на сто тысяч верст.
Чадит фонарь, тоскливый, утлый.
Тьму разогнать ему невмочь.
Похоже, не наступит утро,
Когда вокруг такая ночь.
Я не мечтатель,  не ребенок –
Мне впасть в уныние легко.
Хоть сердца колокол и звонок,
Его слыхать недалеко.
Пою впотьмах о светлом рае…
Струн на гитаре точно шесть,
Но я их всё перебираю,
Никак не в силах перечесть.
А в песне, древней и дремучей, -
Про горькую судьбу мою…
Ей нет конца, но будет мучить,
Пока ее не допою.

http://grafomanam.net/works/395086

   *  *  *
Я был тогда лесным и смелым,
Драконов бил камнями влет,
Пил деревенский воздух с мятой,
Водил по лужам гордый флот.
Две стороны: июль - по обе!
Лежал на юго-север путь.
Тогда казалось – я способен
Подкову радуги согнуть.
Но даль укрылась голубая,
Июль в тумане и золе.
И мелкий дождик пригибает
Меня к земле…

http://grafomanam.net/works/358822
      
    *  *  *
Мой друг, какая долгая зима!
Усталый снегопад торчит в окне.
Ты говоришь, что справишься сама,
Но думаешь все время о вине
(В значении вины), когда вода
Из крана перекручена, как жесть,
И время замирает навсегда:
Тебе вчера и завтра – тридцать шесть
И шесть... Не закрепляется в уме
Из мрака
             с мясом
                           вырванный ответ:
Свет нам дает понятие  о тьме,
Во тьме нет указания на свет.
На кухне, как надгробие, плита.
Свой день кладешь в исчерканность листа.
Ты полагаешь, смысла нет взлетать,
Поскольку над тобою чернота.
           …
Так будь же трижды он благословен –
Горячий ток по магистралям вен!
И мысль, озаряющая мрак,
Благословенна, так ее растак!
Так пусть резвятся (плохи ль, хороши)
Львы, павианы, кролики души,
Кричат тревожно рыбы на заре  
И молния сверкает в январе.
И даже засыпая, жди вестей
Из мира, где – ни боли, ни страстей.
Пусть в изголовье лондонский оркестр
Играет гимн всему, что есть окрест.
Читая недосказанность во всем,
Ты можешь ждать и думать о своем,
О вечности, стоящей в полный рост,
Узнать по многоточьям белых звезд…

http://grafomanam.net/works/371836

    *  *  *
Облака разгоняются ветром.
Звезды тихо скрипят на весу.
Разрывая сплетенные ветки,
Расстаются деревья в лесу.
Разбегаются темные реки…
Покидая привычный уют,
Глупо мучаются человеки
И друг другу житья не дают.
Только мы в старом доме – с огнями,
В стороне от печали и лжи.
И как будто не крыша над нами –
Это ангел ладони сложил.

http://grafomanam.net/works/369875

Прощание славянки
Не плачь, хорошая, при мне,
Когда горят в вечернем треске
Овраги, реки, перелески,
И деревенька вся в огне…
Не стой печально у столба.
Разумной не найти причины:
Такая доля у мужчины –
И горькая твоя судьба.
Клубится грозовая рать.
Нам скоро – в полный рост под пули.
Нет, никого не обманули,
Сказав, что едем умирать.
Настало времечко расплат.
И вновь по ветру вьется – точно
Тот самый синенький платочек –
Прощальный плач…

http://grafomanam.net/works/361550

Владимир Узланер
Владимир Узланер, 09.01.2017 в 22:15
1. Владимир Узланер. На озере Симко
http://grafomanam.net/works/398746

У озера Симко с тобою в обнимку,
По парковым тропам, по жухлой листве,
Шагаем 'по Грину', как два пилигрима,
Пока над водою закат не истлел.

На озере Симко протяжнее зимы,
И ночи длиннее, навязчивей снег.
И озеро Симко - замёрзшая льдинка,
На ней мы кочуем, как будто во сне.

На озере Симко меня ты спроси-ка:
- А можно я буду последней из Герд?
- Ох, сколько же силы! И как ты красива!,
Ей пряди поправил в ответ на виске.

Я справа налево пишу Королеве
О Вечности Симко, стареющий Кай.
- Здесь Вечность другая? И есть ли у края
Значение родин, уставов и карт?

На озере Симко так мало России,
Хоть есть и церквушка, и купол большой.
И улицы 'Волга', 'Берёзка', а толку?
Без них или с ними - мне так хорошо!

На озере Симко сверкают росинки,
И чайки, и ветер, и стаи гусей.
На озере Симко в улыбке - морщинки.
Чем осени больше, тем мысли грустней.

2. Владимир Узланер. Зимнее ночное
http://grafomanam.net/works/398747

Снова прогнозы пророчат осадки и ветер.
Зимы приходят откуда-то с севера что ли?
Окна совсем залепило и что за примета,
Если твой домик в заснеженном сумраке тонет?

Вёсны ползут к нам настырно откуда-то с юга,
Нам не нужны, чтоб оттаять, протяжные годы.
Ну, а пока, запоздало пусть, тешится вьюга,
Нам вон и так перепали осенние льготы.

Солнце нас держит на выгодном всем расстоянии -
Выглянет, как-то лениво из-за горизонта,
Путает в нас многосложные ини и яни,
Будто пытаемся вспомнить в стихах мы о чём-то...

Крутят планетами мрачные зимние вьюги?
Сплюснуты с двух полюсов мы - и всё пресловуто?
Тайно ночами стихами питаются люди,
Времени нет им иного на свете как будто...

Тихо скрипит - так устала бедняга бумага
От бесконечных 'увы', восклицаний, вопросов.
Поиски смысла... А это кому-то ведь надо!
Кто нас одних во вселенную эту забросил?

Тайно ночами стихами питаются люди,
Их уплетая со звёздами, вместе с туманом.
Мы, гуманоиды, строчки межзвёздные любим,
И потому так всегда безобразно гуманны.

3. Владимир Узланер. Любимое облако
http://grafomanam.net/works/396727

Звёзды свои наблюдаю туманного облика
Где-то в четыре утра - так прохладно-цветастого,
Но между ними вплывает прозрачное облако,
Словно забытое там чудаками-фантастами.

Не Магелланово и не какое-то Млечное -
Из повседневного света и пара намешано.
Наше, земное такое привычное вечное,
Что постоянно парит над поэтами нежными.

Видно, от горных вершин не спеша оторвалося.
Может, спешило ко мне через волны Атлантики?
И переплыло из образа белого паруса
В розово-синие и аппетитные ломтики.

Пять Аризон пролетело, до этого - Мексику,
Лишь для того, чтоб критически я оценил его.
Вот, как могу опишу, хоть хромает и лексика,
И запятые не там от пиита немилого.

И потеплели небесные звёзды холодные,
Я опустился с небес вместе с росами ранними.
Солнце расплылось в улыбке плюмажными хлопьями,
Будто напомнило мне - вот такие земляне мы.

...
Вот и совсем рассвело, звёзды все выключаются.
Облако - здесь, да куда оно, милое, денется?
В космос, с тобой не возьмут нас, но чуда случаются.
Облако, словно услышав, загадочно пенится.

4. Владимир Узланер. "Улиточные притчи"
http://grafomanam.net/works/398878

Я уехал от прекрасных мадонн,
Поселился в заповедном краю,
И улитки атакуют мой дом,
Птицы певчие Осанну поют.

За озёрной проживаю водой,
Подо мной животрепещет  земля
Сколько ползают под нашей пятой
Всякой твари - и козявка, и тля.

От столичных я уехал громад,
Оторвался от мирской суеты.
Не спеша улитки тащат дома,
Огибая и меня... и цветы.

Воздух сладок и душист, как нектар,
Разбираться стал я в пении птиц.
И жалею - сколько в жизни 'тогда'
Не увидел отпылавших зарниц.

Да смогу ли я войти в этот ритм,
Где как будто воздух тонкий застыл?
Где улитки не быстрее зари,
А приметы так у счастья - просты.

Я мелодии сменил и тона,
Не привыкну к тишине я никак.
И ажурные приносят дома
Эти твари к огрубевшим ногам.

Может, это вот такая игра?
И улиточные притчи о том,
Как непрочен мой искусственный рай,
И насколько хрупок собственный дом.

5. Владимир Узланер. ...надцатый год
http://grafomanam.net/works/398741

А на улице - апрель и... метёт,
Словно спутались во мне времена.
Как увязли мы в 16-й год!
Ох, теперь ужо достанется нам!

Дотянули... Доросли, доползли!
Доскрипели, докряхтели! Пою?
В прошлой жизни знал цветение слив
По апрелю, ну а в третей – каюк.
...
Довстречать ли торопливый рассвет?
Было столько их на длинном веку!
- Да тебе, приятель, сколько же лет?
- Растерял их – и не счесть! Но... бегу.

Эпилог не ясен, как небосвод.
Да наступит ли зараза-весна?
И каким он будет ...надцатый год?
И ему какого надо рожна?

Ох, и круто нас берёт в оборот –
Оглянуться не хватает минут,
Я со счёту сбился... надцатый год!?
Ну, а мне... О, столько брат, не живут!

А снежинок тени бьются в стекло,
И дрожит в ночи упрямая ель.
По судьбе моей проходит циклон,
Что пригнал сюда проказник-апрель.

Апрель 2016

6. Владимир Узланер. "Тени для одинокой Марии"
http://grafomanam.net/works/390411

Окружают Марию призраки и домовые.
Но ведьмой её обозвали тогда не вы ли?

Устраивает им стриптиз на маленькой кухне,
Где ужин под стать хозяйке - простыл и тухнет.

Демонстрирует она сердечко на длинной шее –
Подарок одного хлыща! Не сняла! Неужели?

Расстегнула рубашку медленно и бесстыже,
Распахнула прекрасные волосы пышно-рыже.

Призраки впились в неё, её же глазами!
Обнажённое тело взглядами истерзали.

Широко расправив ноги от нетерпения,
Она впускает тени в свои сновидения.

Юлия Долгановских
Юлия Долгановских, 18.02.2017 в 19:29
Сон Якова у подножия Потёмкинской лестницы

— Что за дела? — услышь меня, Господи! — Что за дела?
Каждый охотник желает знать — и я вместе с ним,
где кончился цвет — лишь море черно, лишь сажа бела?
Откуда их столько — крылатых, а сверху нимб?

То вверх удаляются, то приближаются вниз —
вектор пути начинается с точки, в которой лежишь.
Глаза б не смотрели, но смотришь на женский истошный визг,
а эти, все в белом, не видят — ступени, коляска, малыш!

Плывут и плывут потоки белых — целая рать! —
лестница тянется следом — туда-сюда,
скачет коляска по лестнице — им бы сдержать,
секунда-другая — ступени, удар, беда!

Я открываю рот, я пытаюсь кричать,
воздух — горяч! — обжигает мою гортань,
в мареве дымном тает несчастная мать —
ракурс меняется  — вновь белоснежная ткань

по ветру плещется — и тишина, тишина —
где же тут кнопка, чтоб в уши ворвался звук?!
— Яков, — шепчет мне белый, — коляска катится на
небо, а вовсе не вниз — человече, ты близорук!

Только представь, он родился — и сразу в рай,
будет весь в белом, с крыльями, сверху нимб,
хочешь — ешь яблоки, хочешь — летай да играй,
не бойся, ему не больно, ведь я вместе с ним!..

/Здесь грубая склейка, здесь не хватает плёнки —
истлела, сгорела, осела в чиновном кармане —
не угадать — и не надо! — чей замысел тонкий
кадр за кадром погиб в черноморском тумане?/

...Сколь воду ни лей, но последняя капля — предтеча:
грохнула пушка на бутафорском линкоре.
Просыпается Яков, расправляет затёкшие плечи
и держит чёртову лестницу параллельно морю.

http://grafomanam.net/works/406454

Иггдрасиль

В час недобрый, когда с головой накрывает упадок сил,
с недостижимой для взгляда кроны дерева Иггдрасиль
срывается птица, царапает воздух, садится тебе на плечо —
и начинает петь.

Если птичий язык распознал как родной — ты, увы, обречён.
Обречён молчать во веки веков и владеть ключом.
Молчать, даже если тянулся к небу, но пальцы попали в гниль
и на спину обрушилась плеть.

Птица, клюв наклонив, пропоёт, что Земля — это ком,
ком налипшей земли на корнях, что укрыты песком,
ствол томится в волнах, что дают свою зелень листве —
в ней покоится шар золотой.

В этом мироустройстве таится печальный ответ —
то, что мы испокон принимали за солнечный свет,
есть лишь сон, ибо тьма поутру распускается хищным цветком,
обволакивая слепотой.

Видят люди во сне, что летят над Землёй высоко,
что идти и бежать, и дышать — широко и легко,
дети видят во сне, что по дереву лезут вверх
и сидят на тяжёлых ветвях.

Рыбы спят — видят сны, как выпрыгивают из рек
и скользят в облаках, где идёт и бежит человек,
человек забирает руками, плывёт на восток,
обжигаясь о шар второпях.

Мрак дневной убивает живое — и множится гниль.
Каждый погибший становится семенем Иггдрасиль.
Вырастают деревья. Шатаясь, к плечу плечо,
из корней выплетают сеть.

Мой язык распознал как родной? Знай, что ты обречён.
Обречён молчать во веки веков и владеть ключом.
...Открывается дверь, за которой раскинулся лес Иггдрасиль.
Ты начинаешь петь.
______________
Иггдрасиль - мифическое Мировое Дерево, пронизывающее Вселенную.

http://grafomanam.net/works/405360

Баллада о великане

Человек этот был настолько высок,
что когда наклонялся сорвать цветок,
то царапал живот о кровельный скат
пятиэтажного дома.

Он рычал и крышу, как фантик, сминал,
он крушил и метал, так что целый квартал
рассыпался на кубики, и невпопад
солнце металось в проломах.

Великан припадал к первозданной земле —
он дышал ею, жил ею, ею болел;
выздоравливая, вырастал над собой
на два локтя — ничуть не меньше.

Люди плакали, люди текли на восток,
но и там занимался заветный цветок —
и за этой неодолимой волшбой
шёл и шёл великан неутешный.

Сила малая стала однажды большой —
взял кайло в руки если не каждый шестой,
то седьмой и десятый наверняка,
стиснув зубы, полезли на скалы.

Люди камни кололи и строили дом,
люди небо молили лишь об одном —
чтобы дом убегал далеко в облака
высотою своей небывалой.

Дом поднялся к утру — суров и высок,
а на заднем дворе задыхался цветок;
ровно в полдень на площадь шагнул великан
и взревел, но эхо молчало...

Он ступил на крыльцо, он вдохнул облака,
наклонился, но кладка была крепка —
и вцеплялась в разреженный воздух рука,
и начинала сначала.

Он боролся, пока не сгустился закат,
он упал — и под звон погребальных лопат
навсегда отдан был первозданной земле:
там, где были разрушены скалы.

Люди выжили, новых родили людей,
перепуталось время — герой ли? злодей? —
лишь цветы не росли уже тысячу лет,
словно их никогда не бывало.

http://grafomanam.net/works/404901

Дудочка

Всё сущее предвосхищает вдох —
и слово, и выдох, и смерть.
Когда б мою душу из дудочки Бог
выдохнул — стала б я петь.
Когда б стеклодув из цветного стекла
выдышал тело моё,
прозрачную хрупкость бы я берегла,
растила бы имя твоё
в тиши и покое живительных вод —
по капле, по букве, чтоб ты,
уплыв, не оставил соломенных вдов,
смеющихся до хрипоты,
скользящих по кругу, где выдох и смерть
плывущих застанут врасплох —
и слово растает, и выдохнет Бог.

http://grafomanam.net/works/399371

Ду-да

Атанга забывает воду,
вода Атангу — никогда.
Беспалубные теплоходы
гудят — ду-да, ду-да, ду-да.

Для малых рек и звёзды — малость,
и небо — малая вода,
и сколько звёзд бы ни осталось
на небе, ждут суда, когда

в их перетянутые трубы
вольётся звёздный уголёк.
Но луны катятся на убыль
и горизонт уже поблёк —

встают на якорь теплоходы.
Перегоревшая звезда,
шипя, соскальзывает в воду,
в ней растворяясь без следа.

Ржавеет плоть, садится голос,
прокручивается штурвал —
и ход необратимо холост,
и вдох неуловимо мал.

...Атанга тянет теплоходы —
как шрам, белеет борозда.
Присесть, набрать в ладони воду
и прошептать — ду-да, ду-да?..

http://grafomanam.net/works/399744

Время разбрасывать лодки

Время разбрасывать лодки на отмелях рек —
время разыскивать руль и ветрила в приливах.
Время выдёргивать с корнем разросшийся век —
время высаживать семя священной оливы.

Время рождаться молчит — то ли спит, то ли ждёт?
Выстроишь, выплывешь, выйдешь на берег незнамый:
вслушайся — кто там трубит? — через птичий галдёж
не докричишься до впавшего в дрёму Сезама.

Пальцы утонут в песке и накличут часы —
полупуста и покрыта морщинами склянка.
Всмотришься, вздрогнешь, поймаешь внезапный посыл:
время сберечь. Собираешь секунды-беглянки.

Полнится колба часов, под ногами — вода,
хлюпает и обнажает ростки асфодели.
Время бежать — знать бы только, зачем и куда?
Время погибнуть? А птицы летели, летели...

Всё же бежишь — спотыкаешься, падаешь и
видишь попавшую в глиняный плен черепаху.
Плакать не время, но плачешь. Копаешь, спешишь —
сердце колотится. Взлёт за мгновенье до краха —

руки сжимают искомое. Время сполна
недостающее рушит, печали не внемля.
Вслушайся — кто там трубит? — три упрямых слона,
стоя на панцире,  держат зеркальную Землю.

http://grafomanam.net/works/400365

Павел Великжанин
Павел Великжанин, 24.02.2017 в 18:29

Говорят, остается на фото частичка души.
Хорошо, если б так… Видел прадеда я лишь на фото:
Опьяняющий запах сирени в объятьях душил  
Одного, кто остался в живых из всей маршевой роты.

Он смотрел в объектив, как до этого тысячу раз
Он заглядывал смерти в свинцово-пустые глазницы,
Когда прочь ее гнал от испуганных девичьих глаз
По изрытой металлом земле через три госграницы.

Эта девочка станет когда-нибудь бабушкой мне,
Но об этом мой прадед уже никогда не узнает.
Для меня он навечно остался в берлинской весне –  
Вспышкой магния вырванном миге победного мая.

Он глядит на меня: ну-ка, правнук, ровнее дыши!
Дескать, всюду протопает матушка наша пехота…
Говорят, остается на фото частичка души –  
Хорошо, если б так. Ну, хотя бы для этого фото…

http://grafomanam.net/works/406851


Мы уходили из Афгана на броне,
На раскаленном облупившемся металле,
И траки гусениц, подобно бороне,
В земле бесплодной след глубокий оставляли…

В бездонной сини тонут пики острых гор,
Мелькают МиГи, как серебряные блесны,
И вертолет над нами винт свой распростер
Крылами ангелов-хранителей надзвездных.

Мы со стволами, обращенными назад,
Чужой дороги досмотрели кинопленку.
Ну что же, Родина, встречай своих солдат.
Заштопай раны нам, граница, ниткой тонкой.

Мы уходили из Афгана на броне –
Непобежденными, да только без победы.
«Прощай, проклятая!» – сказали мы войне…
Не зная, что
война идет
за нами следом.

http://grafomanam.net/works/406786


Он, играя со мной, по-отцовски был прост:
То подбрасывал в небо летуньей,
То на плечи сажал, как в седло – выше звезд
Золотисто сиявшей латуни.

А когда он в тоске гарнизонных суббот
Жадно пил поцелуи бутылок,
Я сидела с ним рядом всю ночь напролет,
Молча гладя колючий затылок.

А потом в неприглядных портретах зеркал
Незаметно он сравнивал лица,
Будто в разнице черточек ту вспоминал,
Для которой я стала убийцей.

http://grafomanam.net/works/406595


Грибы

1. Этот дождик так мал,
Он почти что и не был.
Он не шел, а хромал,
Еле капая с неба.

Мы не прятали лбы
От бесшумной капели,
И одни лишь грибы
Дружно шляпы надели.

2. Под березой – подберезовик,
Под осиной – подосиновик,
Между ними в шляпке розовой
Мухомориха красивая.

На пеньке – опенок маленький,
А пудовые – хоть взвешивай!–
Грузди сели на завалинку
У кривой избушки лешего…  

http://grafomanam.net/works/406458


То ли в рамы пасхальной открыткой вставляя пейзаж,
То ли тихо кропившим дождем протерев за ночь стекла,
Кто-то поднял за ниточку шарик – он желт и палящ,
И когда он рванет, будет некому вспомнить Дамокла.

Да и все остальное, что гнуло суставы ветвей,
Что глотали, давясь, и не важно: гнильца, зеленца ли.
… А на небо взлетающей атомным паром плотве
Увидать бы ступни Его в генисаретском зерцале.

Перед тем, как воскреснешь, заест для начала среда,
А потом будешь мучиться в лапах Барона Субботы.
Но такими мы созданы. Было б иначе, тогда
Повторяли б молитвы бездумно, как спамеры-боты.

Эти почки набухшие не собирают камней:
Брызнут зеленью, высохнут, вспыхнут распадом спектральным.
Воркование голубя сотни трактатов умней,
Мудрость вербы всегда говорит языком невербальным.

Солнцем истины за горизонтом когда-то и я
Согревался в бессоннице мыслей, играющих в салки.
Ну, а вдруг то, что мы принимаем за код бытия,
Шутником-Программистом заложено вроде «пасхалки»?

Нет, я верю, что замысел есть – только мне ли постичь?
Не дает холод букв понимания вечности Каю.
Беловерхий собор, освящённый рассветом кулич,
Зазвонил.
И как разум, познавший себя,
умолкаю.

http://grafomanam.net/works/406435

Вот опять рвется гриф с твоего плеча,
Но четверка жил не пускает ввысь,
А смычок поцелует струну сейчас –
И шепну я: «Время, остановись!»

В душном воздухе ты пробиваешь брешь:
Взмахом крыльев бабочки из сачка –  
Но в бреду себе горло не перережь,
С рельсов струн срывая состав смычка.

В деках – скрип горных елей и ветра крен.
Ты над бездной лет зыбкий мост раскинь,
Раскачай его пульсом яремных вен,
Напои струну теплотой руки.

Я катился по жизни, как снежный ком,
И за слоем слой глубже прятал суть.
Ты в кипящем котле помешай смычком
Позабыть о том, что нельзя вернуть.

Заколдуй немигающим взглядом эф,
По скорлупке трещина зазмеит,
Разбуди первобытные души Ев,
Пусть Адамы вспомнят своих Лилит.

http://grafomanam.net/works/406390


Это произведение рекомендуют