Литературный портал Графоманам.НЕТ — настоящая находка для тех, кому нравятся современные стихи и проза. Если вы пишете стихи или рассказы, эта площадка — для вас. Если вы читатель-гурман, можете дальше не терзать поисковики запросами «хорошие стихи» или «современная проза». Потому что здесь опубликовано все разнообразие произведений — замечательные стихи и классная проза всех жанров. У нас проводятся литературные конкурсы на самые разные темы.

К авторам портала

Публикации на сайте о событиях на Украине и их обсуждения приобретают всё менее литературный характер.

Мы разделяем беспокойство наших авторов. В редколлегии тоже есть противоположные мнения относительно происходящего.

Но это не повод нам всем здесь рассориться и расплеваться.

С сегодняшнего дня (11-03-2022) на сайте вводится "военная цензура": будут удаляться все новые публикации (и анонсы старых) о происходящем конфликте и комментарии о нём.

И ещё. Если ПК не видит наш сайт - смените в настройках сети DNS на 8.8.8.8

 

Стихотворение дня

"Лукреция"
© Марина Славина

 
Реклама
Содержание
Поэзия
Проза
Песни
Другое
Сейчас на сайте
Всего: 63
Авторов: 0
Гостей: 63
Поиск по порталу
Проверка слова

http://gramota.ru/

С утра дул горячий ветер, сухой, жестокий. Такой сильный, что разметал и порвал в клочья облака, смел пыль с дорожек и, закрутив в маленькие смерчи, унес на восток, прочь от Каменного Цветка.
Вечером вся семья собралась на веранде за накрытым столом. Огоньки свечей порхали золотыми бабочками вокруг черных фитильков, отражались в граненом стекле стаканов, мельфиоре вилок и ножей, фаянсе тарелок. Мама подавала салаты, напитки и нарезанный прозрачными ломтиками хлеб, папа и дядя Фердинанд говорили о политике, Алиса кормила с ложечки куклу, а маленький Тоби болтал под стулом ногами, мечтая, чтобы поскорее закончился скучный семейный ужин. В воздухе растекался острый запах разомлевших на солнце водорослей, рыбьей чешуи, йода и свежести. Это дядя Фердинанд обрызгал искусственный газон ароматизатором «морской бриз». Мама считала искусственные газоны практичными. Их не надо было перекапывать, поливать и подстригать, они не выгорали летом и не желтели зимой. Только у самого крыльца сохранился островок настоящей травы, по нему Тоби и Алиса следили за сменой времен года.
- То, что сейчас происходит в обществе, - разглагольствовал папа, жестикулируя вилкой, - это полный крах социальной системы. Особенно страдают семьи с детьми. Значит, резко упадет рождаемость, вернее уже упала. В детском саду, куда ходит Алиса,  осталось три группы, а еще два года назад было четыре. А теперь посмотри, что хотят сделать: убрать налоговые льготы — раз...
- Ханс, ты сейчас кому-нибудь глаз выколешь, - заметила мама. - Что тебе налить, Алиса? Фанты больше нет. Холодный чай будешь?
- Два — больничная страховка. Если вместо семейного взноса станут брать по двести евро с человека, то семья с одним работающим и двумя маленькими детьми...
- Буду, - сказала Алиса. - Только с лимоном, персиковый не люблю.
- … окажется за чертой бедности...
- Ты же его вчера пила? - удивилась мама.
- А сегодня не люблю!
Из темноты за крыльцом выпрыгнул крупный — около пяти сантиметров длиной — кузнечик и, спланировав над столом, цепко приземлился Тоби на палец. Малыш от неожиданности чуть не опрокинул стакан с яблочным соком.
- Ты кто? - спросил Тоби и осторожно погладил насекомое по узорчатой спинке. Кузнечик в ответ шевельнул усами, тонкими и прямыми, как антенны. - Хочешь со мной дружить?
- Тоби, выброси эту гадость! - возмутилась Алиса. - Сейчас же! Ма-а-ма-а, у него жук!
- Да, - тучный дядя Фердинанд шумно выдохнул и слегка отодвинул от себя тарелку. - Уф... спасибо, Сюзанна, очень вкусно. Понимаешь, Ханс, правительству выгодно, чтобы богатые становились богаче, таким образом можно привлечь в страну иностранный капитал. А что до рождаемости, так эта проблема даст о себе знать через несколько лет, когда к власти придет другая партия.
- Это не жук, - возразила мама, нагибаясь к сыну через стол, - это саранча. Пусть поиграет, ничего. На здоровье, Ферди. Мальчики, не расслабляйтесь, сейчас будет картошка с бараниной.
Тоби с восторгом разглядывал доверчиво прильнувшего к его пальцу кузнечика, трогал пальцем сложенные крылышки и длинные, согнутые в колене лапки, но насекомое терпело — не улетало. Вдруг Алиса сильно и резко толкнула брата ногой.
- Смотри! Да не на жука своего. На небо!
В небе взрывались звезды. Они надувались, как воздушные шарики, становясь огромными и яркими, а потом лопались с тихим хлопком, словно гигантские мыльные пузыри. Пуф... пуф... в полной тишине... даже ветер стих, и пламя свечей перестало метаться, вытянулось ровными столбиками. Веранда озарялась разноцветными вспышками. Зеленый, желтый, фиолетовый, красный свет стекал по крыше и по белой стене дома, по рукам и лицам людей, и в свете гибнущих звезд Тоби увидел, как съежилась и почернела трава у крыльца, а кузнечик на пальце дернулся, скорчился и поник, а потом рассыпался серой трухой. Но с искусственным газоном ничего не случилось.
- Мама, - взвизгнула Алиса, - мне в тарелку упал кусок звезды.
- Тише, девочка, - строго сказал дядя Фердинанд, - не надо кричать.
Ярко-красный осколок крутился по тарелке, шипел и разбрасывал искры, обращая в пепел остатки салата.
- Боже мой, Ханс! - всплеснула руками мама. - Она сейчас обожжется, и вообще, вдруг он заразный? Вдруг это какая-нибудь инфекция? Ханс, убери!
Папа вскочил, подхватил тарелку со звездой и убежал в дом. Через три минуты вернулся, сел за стол и продолжал есть.
- Куда ты его дел? - подозрительно спросила мама.
- Спустил в унитаз, куда же еще, - ответил папа с набитым ртом. - Что, по-твоему, я должен был с ним сделать?
- Ты что, хочешь засорить канализацию? Только этого не хватало, - расстроилась мама. - За воду и электричество нечем платить, а тут...
Последняя вспышка, и над их головами разлился холодный мрак. Только одна, самая крохотная, слишком маленькая, чтобы раздуться, бледно-лиловая звездочка теплилась у горизонта. Ее сил не хватило, чтобы исцелить мир, и небо смялось, пожухло, точно кленовый лист, сложилось вдвое, а потом вчетверо. Под ним открылось жуткое черное нечто, липкое и тягучее, грозящее высосать душу — то, чему нет названия ни в одном человеческом языке. И тогда, спасая людей от страшной безымянной пустоты, Каменный Цветок закрылся, сомкнул лепестки — и они превратились в новое небо. Не такое высокое, как раньше, но если встать в полный рост, головой не стукнешься.
Под каменным небом задохнулось живое пламя свечей, засохло и опало с витых парафиновых палочек.
- Однако, - проворчал дядя Фердинанд, пытаясь нащупать на стене выключатель.
В ту же минуту на проводах вспыхнули яркие разноцветные фонарики, и стало еще светлее, чем от свечей и звезд.
- Смотри-ка, - заметил папа, - а мир-то умер. Не соврали чертовы астрологи.
- Астрологи остались без работы, - хохотнул дядя Фердинанд. - Умер... что ж... Но мы-то живы. Сюзанна, можно мне еще салатику? Да, вон того, с яблоками.


© Copyright: Джон Маверик, 2010

© Джон Маверик, 24.08.2010 в 17:24
Свидетельство о публикации № 24082010172412-00178299
Читателей произведения за все время — 158, полученных рецензий — 1.

Оценки

Голосов еще нет

Рецензии

Александр Волков (makis)
Направление правильное - цель, выжать из читателя эмоцию...
Удачи. Макис.

Это произведение рекомендуют