Не время, подруга, не время... (Проза)

Давно это было. Послали меня от редакции взять интервью у ветерана войны. Ветераном оказалась сильно пожилая женщина Мария Филипповна. Она рассказывала о том, как во время войны вытаскивала с поля боя раненных солдат. Тащила здоровенных мужиков на своих хрупких плечах. Сама была несколько раз ранена осколками. Рассказ был впечатляющим. Я представляла себе 20-летнюю хрупкую девчонку в латанных-перелатанных чулках, в сапогах на три размера больше, под которыми скрывался внушительный слой портянок, чтобы с ноги не соскакивали. Очень она образно рассказывала о таких мелких деталях. Всё ушивали, все подгоняли на свои хрупкие фигурки, на девушек ведь ничего специально не шили, обмундирование им выдавали стандартное, мужское, вот и приходилось девчонкам работать иголкой. Несмотря ни на что, им хотелось хорошо выглядеть. Молодые. Тогда от Марии Филипповны я впервые услышала то ли байку, то ли анекдот, но, мне кажется, все-таки её личный фронтовой эпизод. Она рассказала, как однажды весной, перебегая от кочки к кочке, от кустика к кустику в поисках раненных бойцов, услышала  приглушенный расстоянием стон, когда подползла ближе, увидела раненного светловолосого бойца. На фоне яркого голубого неба, его глаза показались ей еще более голубыми и огромными. Она сразу же определила, что это был немец. Застыв на месте, изумленная девчонка долго смотрела на прекрасное, как ей казалось, лицо врага. Горячая кровь прихлынула к щекам, сердце забилось в бешеном темпе, она влюбилась в парня с первого взгляда. Минут пять Маша не могла отвести от него глаз. Но пелена в конце концов спала. Реальность жестко требовала вернуться на землю. Девчонка резко тряхнула головой, и проговорив самой себе, не время, подруга, не время,  спустила курок своего двухзарядного ружья, которое всегда было с ней. Голова парня дернулась, и он затих с лицом, обращенным к небу. Что её заставило подползти к телу немца, она не могла себе объяснить никогда. Наверное, решила убедиться, что он мертв. Когда подползла, опять долго вглядывалась в неестественно голубые бездны его уже мертвых глаз, потом достала белый платок и прикрыла им лицо парня. А когда  опустила взгляд к рукам, то увидела, что в ее сторону был направлен ствол черного браунинга со взведенным курком. Больше не испытывая судьбу, даже не попытавшись вырвать оружие из ещё не окоченевших пальцев врага, Маша, сломя голову бросилась бежать в сторону своих окопов, а когда прибежала, никому ничего не рассказала. До конца своей жизни Мария Филипповна была убеждена, что парень ждал от неё помощи, потому и не выстрелил, и до конца своей жизни корила себя за жестокость. Хотя за годы войны потеряла многих своих друзей, двоих братьев и отца, и сама чудом осталась жива, после очередного ранения. Байку такую я потом не раз слышала от разных людей. Но до сих пор не могу поверить, что 70-летняя старуха могла приврать, и рассказать мне на интервью от кого-то услышанный анекдот.
© Мила Гавриш, 20.03.2017 в 20:10
Свидетельство о публикации № 20032017201008-00407671 на Grafomanam.net
Читателей произведения за все время — 88, полученных рецензий — 3.
Оценка: 5,00 (голосов: 3)