Машка Пушкина - карточка не простая, но с крапом. "Литографская копия" знаменитого папы. Шебутная, задорная и веселая дочка... Но раздался звук выстрела - и поставлена точка. Боль прошла потихонечку. Не сломали березку! И Мари теперь - фрейлина при дворе своей тезки. Что весна не успела, то возместила ей осень, и любовь запоздалая к ней пришла в двадцать восемь. На балах, где красавицы тасовались, как карты, Щеголяла крапленая Маша Пушкина-Гартунг. Вдохновляла писателей, волновала поэтов... Но и муж, как отец ее, оклеветан был светом. Нет, дуэль не затеял он (уж не те времена)... Застрелился лишь. Машенька вновь осталась одна. И теперь вот, пожалуй что, наконец-то сломали. Маша сделалась "тетушкой" при дворах всякой швали. И детей она нянчила, и варила супы... Но пришла революция. К удивлению толпы, Среди горя и голода, средь войны и разрухи каждый вечер на площади стали видеть старуху. Обреченная, гордая, приходила с цветами к монументу огромному, возведенному в память об отце Маши Пушкиной, о великом поэте... Вот такие вот странные есть старухи на свете. Ей казалось, отец ее защищал, как скала, и она под ним пряталась... А потом - умерла.