Самомнительность (Лирика / гражданская)

Друг Люций! Что ты говоришь?!
Аврелий оскорбить не может!
Он - мастер, по веленью  кожи,
шагреневой.
Конечно, ниж

Е

му, в двойном соотношеньи,
сравниться надо бы со лбом,
и проломиться на хожденьи.

Но что бы я с его баблом наделал!
Рим, гори, как свечка!  
Оставим это.

Инструмент

   наш ликтор.

Мир засыпан гречкой,
И в каждой морде - греков свет.

Вот в чем беда!

Таким развратом нельзя и совесть усмирить.
Смотри - вот дохнет император. И скоро новому...

Цари
Недолговечны, как рассветы.
Непреходящи, как мэйк-ап.
И если ты не пил из Леты,
В конечном счете,- ты кацап.

Аврелий груб, заносчив? Верно.
Не стоит ничего? - Пускай.
Но только, Люций, он, примерно
лет через восемь, сгинет в рай.

И что тогда? Ты что, надулся? Кто скажет, Цезарь - вроде флюса?

Опасен скромник - (лишь Лукулл, особо не светясь в Сенате,
быть умудряется царем).
За что жратва всегда при нем,
В отличие от наc, предатель.

Простой молчальник враг; беда...
Тот, что умеет, но не пьет - всегда мне страшен,

И я слыхал, что Иисус
Со мной согласен...
(Это Орка, так называют у медуз,
Что христианами зовутся)
В какой-то книге я читал...
Ну ладно, сами разберутся.

Бесценен мнительный бахвал,
Который скажет - "Я-начало"
И "как бы Цезарь не блистал,
Зарезать гада было мало"...


© Вадим Фельдман, 22.04.2011 в 02:10
Свидетельство о публикации № 22042011021030-00213513 на Grafomanam.net
Читателей произведения за все время — 84, полученных рецензий — 0.
Голосов еще нет